Лев семенович черной биография. Взгляд. лев черной как зеркало бандитского капитализма. Лев Черной. Алюминиевые пальцы веером

Карьера Льва Черного вряд ли может являться образцом для подражания. Однако, по меньшей мере, это иллюстрация того, чего может добиться человек, стартовавший в жизни практически с нуля. Его имя известно всем металлургам одной шестой части суши и большей части мира. Многие из них его ненавидят и, вероятно, имеют на то свои причины

История взлета и падения уроженца Ташкента может дать пищу сразу для нескольких романов. Нелюбимый ребенок, физически неполноценный человек за десять лет прошел путь от простого кооператора из захолустного по советским меркам Ташкента до вершителя судеб алюминиевой промышленности всего мира. Однако созданная им империя рассыпалась так же быстро, как и была создана - к сегодняшнему дню от нее остались лишь воспоминания.

Сегодня Лев Черной богатый, но несчастный человек. От него ушла жена. Он лишился любимого дела - строить и претворять в жизнь финансовые схемы - и более не может делать то, что умеет лучше многих. Он хочет быть полезным новой России, но не востребован ею. Сегодня он мало чем отличается от обычного безобидного пенсионера.

Ташкентский период

Лев Семенович Черной родился в 1954 году в Ташкенте. Старшим сыном в семье был Михаил, младшим - Давид. Старший был признанным красавцем и любимцем мамы, которая, говорят, и являлась главой семьи. Михаил с детства имел широкий круг общения, легко сходился с людьми. Младший сын - Давид - был, как говорится, ни то ни се. Средний - Лев - родился больным и детство провел в специинтернате. Свои физические недостатки Лев восполнял умом - его способности к аналитическому мышлению с детства были сильно выше среднего.

Несмотря на, мягко говоря, не лучшее школьное образование, полученное в интернате, Льву удалось поступить в Ташкентский политехнический институт и без проблем его закончить. По окончании вуза Лев был принят на Ташкентский экскаваторный завод на должность начальника ОТК филиала, выпускавшего товары народного потребления.

Говорят, что уже в этот период у старшего и среднего братьев возникли первые проблемы с правоохранительными органами. Впрочем, в тот период они могли запросто возникнуть у любого предприимчивого человека. А предприимчивости братьям было не занимать.

В 1985 году братья открыли один из первых в Ташкенте кооператив. Поначалу совместное предприятие занималось цветочным бизнесом, однако затем круг интересов братьев расширялся день ото дня. Старший брат Михаил взял на себя организацию производства, Лев же занимался поставками сырья и сбытом продукции, финансовыми вопросами.

К началу биржевого бума предприятие Черных занималось лесом и прочими экспортными товарами. Масштабы бизнеса давно переросли среднеазиатскую республику.

Выход в свет

В 1990 году Лев Черной познакомился и стал партнером американского гражданина, родившегося в Одессе, - Сэма Кислина, владельца фирмы Trans Commodities. Бизнес г-на Кислина состоял в организации поставок на металлургические предприятия России. Нехватка оборотных средств вынуждала директоров прибегать к услугам Trans Commodities, однако бизнес компании до поры до времени шел ни шатко ни валко.

Компания не могла решить целый ряд важнейших для своего развития вопросов. Во-первых, это проблемы с доставкой сырья, а во-вторых, с реализацией полученной от предприятий продукции - предприятия-клиенты Trans Commodities предпочитали расплачиваться «натурой», а не деньгами.

Первую проблему удалось решить с помощью Михаила Черного - у старшего брата оказалось достаточно знакомых транспортников - прежде всего в МПС, - чтобы грузы Trans Commodities начали доставляться точно и в срок. В 1991 году была разрешена и вторая проблема - проблема сбыта.

В 1991 году Лев Черной познакомился в Москве с Гораном Становичем, представителем мелкой фирмы Trans-World Metals (TWM), принадлежавшей английскому бизнесмену Дэвиду Рубену, бывшему брокеру Лондонской биржи металлов. В тот период TWM посредничала в поставках на Лондонскую биржу металлов (ЛБМ) небольших партий олова и сотрудничала с внешнеторговым объединением «Разноимпорт».

Сэм Кислин был более не нужен бизнесу братьев. Масштабы деятельности Trans Commodities расширялись без всякого его участия. Так что вскоре Лев Черной зарегистрировал в Монте-Карло (княжество Монако) фирму Trans-CIS Commodities Ltd. (TCC), к которой фактически и перешел бизнес Trans Commodities - но уже без Сэма Кислина. Бывший одессит попытался получить отступного, однако остался без оного.

У Trans CIS-Commodities тем временем появился новый партнер - компания начала работать совместно с TWM Давида Рубина. Российская сторона могла предоставить практически неограниченное количество металла, британская - адекватные возможности для его сбыта. Образовалось партнерство - всемирная сеть офшорных фирм, - получившее название Trans World Group (TWG).

Почему именно алюминий

В качестве основной сферы применения своих талантов партеры по TWG выбрали алюминиевую промышленность. Выбор был сделан практически идеально - и на долги годы TWG стала фактической хозяйкой целой отрасли промышленности.

Бизнес Trans CIS Commodities, напомним, состоял в поставках сырья для предприятий металлургии. Алюминиевая промышленность является едва ли не единственной отечественной отраслью, практически полностью зависимой от поставок из-за рубежа. Только Братский алюминиевый завод имеет возможность закрывать потребность в сырье «на месте» - неподалеку, по сибирским, конечно, меркам, расположен Ачинский глиноземный комбинат, где из нифилиновой руды извлекают глинозем - сырье для производства алюминия.

Остальные крупные российские заводы зависимы от внешних поставок глинозема. На территории бывшего СССР существовало еще одно предприятие, которое могло частично удовлетворить их потребности, - завод в Николаеве, однако после распада СССР он оказался на территории Украины. Таким образом, практически все предприятия алюминиевой промышленности России зависимы от поставок сырья из-за рубежа.

В свою очередь, продукция алюминиевых комбинатов России была идеальным товаром для TWG. Бизнес Давида Рубена - Trans-World Metals - был тесно завязан на Лондонскую биржу металлов. А алюминий - в отличие, например, от продукции предприятий черной металлургии - биржевой товар.

Разрешить толлинг!

Алюминщики были идеальными клиентами для TWG. Однако TWG в своих притязаниях на «порулить финансовым потоком» предприятий отрасли была далеко не одинока. Ясно, например, что как минимум директорат предприятий был бы не прочь торговать металлом и получать выручку в валюте.

По одной из версий, братья Черные успели первыми привести в отрасль иностранного инвестора - Давида Рубина, который смог вложить в дело необходимые для первоначальной раскрутки средства.

Однако, вероятней всего, дело в другом. Льву Черному приписывается если не изобретение толлинговой схемы, то, по меньшей мере, безусловный приоритет в ее использовании в России.

Суть этой схемы такова: алюминиевый завод вообще никак не участвует ни в покупке сырья, ни в продаже металла. Он оказывает услуги так называемой фирме-толлингеру, которая поставляет на завод глинозем и забирает с него металл. Алюминиевый завод получает минимальную плату за свою услугу, скажем, достаточную для выплаты зарплат. Все доходы от сделки остаются в фирме-толлингере, зарегистрированной в офшоре и, соответственно, не облагаемой никакими налогами.

Таким образом, доходная база завода сокращается практически до нуля. Доходы толлингера вырастают до максимума.

В чем выгода директора завода? Понятно, в чем - толлингер, в руках которого остаются практически все доходы предприятия, может предложить директору максимальную сумму вознаграждения. При этом схема абсолютно чиста - формально с завода «налево» ни уходит ни копейки, все, что предприятие зарабатывает, оно может вкладывать в зарплату и развитие. Директор в накладе все равно не остается - просто один офшор переводит другому (директорскому) семизначную цифру.

Расцвет империи

Таким образом, по инициативе Льва Черного с 1992 года в алюминиевой промышленности России все более широкое распространение стала получать схема переработки давальческого сырья (глинозема) в режиме «под таможенным контролем», освобождавшая производителей алюминия от уплаты таможенных пошлин и налогов, но при этом оставлявшая порядка 2/3 валютной выручки на счетах фирм-посредников.

Несмотря на то что расходы TWG на первых порах действия толлинговой схемы, вероятно, составляли немалые величины, немалая часть выручки оставалась в распоряжении партнеров. И они нашли ей более чем достойное применение. В то время как многие дельцы, обогатившиеся в начале 90-х, скупали недвижимость в Европе, TWG, ведомая Львом Черным, скупала ваучеры.

Скупленные ваучеры вбрасывались на чековые аукционы по приватизации алюминиевых заводов. Лев Черной предпринимал сверохэнергичные шаги по установлению контроля над заводами через приобретение существенных пакетов их акций.

Чтобы обойти введенное Правительством РФ ограничение в 20% на свободное приобретение акций российских предприятий, а также для того чтобы никто до поры ничего не заподозрил, Лев Черной создал десятки анонимных офшорных фирм в Монако, Гибралтаре, Швейцарии, на Виргинах, Багамах, Кипре и т.д. В свою очередь, эти офшоры учредили в России дочерние фирмы, которых насчитывалось свыше сотни.

Говорят, что в период расцвета TWG компаний, входивших в сеть, было больше, чем работающих в них людей. Впрочем, и люди в TWG работали на вес золота - в списке сотрудников TWG можно обнаружить Олега Дерипаску, исполнительного директора «Русского алюминия» Александра Булыгина, главу НЛМК Владимира Лисина.

Сеть этих фирм была активно задействована для скупки акций, что позволило TWG к началу 1995 года стать акционером предприятий, производивших в общей сложности более 2 млн тонн алюминия в год. Это Братский (БрАЗ), Красноярский (КрАЗ), Саянский (СаАЗ), Новокузнецкий (НкАЗ) и Надвоицкий (НАЗ) алюминиевые заводы.

Начало конца

С деятельностью TWG традиционно связывают бывшего вице-премьера и «духовного отца» Олега Сосковца. Вероятно, на первых порах влиятельный чиновник и правда оказывал покровительство бизнесу Льва Черного - сложно представить, что без поддержки в верхах таможня и МНС так запросто «проглотили» бы толлинговые схемы, позволявшие вообще не платить налогов в России.

Как бы то ни было, с закатом «духовного отца» начала закатываться и звезда Льва Черного. К залоговым аукционам TWG - вероятно, самая богатая на тот момент компания из ведущих бизнес в России - допущена не была. Хотя, думается, при желании она могла бы «перешибить» деньгами едва ли не любое из предложений будущих российских олигархов.

В этот же период начинается и распад самой TWG. Говорят, что тут не обошлось без личного конфликта: Лев и Михаил якобы недолюбливали друг друга. Некрасивый с детства больной Лев, не без оснований считавший себя создателем бизнеса, недолюбливал красавца и бонвивана Михаила, и тот платил младшему брату взаимностью, не менее справедливо полагая, что бизнес делается не только в тиши кабинетов, но и в живом общении с людьми.

К тому же у братьев появились разногласия по поводу стратегии ведения бизнеса в России - на TWG уже вовсю наседали олигархи, которые после перевыборов Бориса Ельцина стали фактическими хозяевами страны. Михаил считал, что можно и нужно договариваться с новой элитой. Лев занимал стоическую позицию - во многом вынужденную, его нигде не принимали, и связей с новыми людьми он не имел.

В конце концов братья приняли решение разделить бизнес. Льву оставался алюминий, Михаил получал прочие активы и, как говорят, бонус деньгами.

Распад алюминиевой империи

На самом новом из алюминиевых заводов меж тем сменилась власть. Саянский алюминиевый завод из собственности TWG перешел во владение Объединенной компании «Сибирский алюминий» - зерну, из которого выросла империя Олега Дерипаски. Как это получилось, с документами в руках никто рассказать не может. Однако известно, что Лев Черной никогда не любил летать на собрания акционеров в далекие сибирские города, а после того как на время перебрался в Израиль, и подавно. Для того чтобы избежать личного участия в собраниях, мозг TWG выдавал менеджерам своих предприятий доверенности на управление принадлежащими ему пакетами.

В результате сотрудники TWG Олег Дерипаска и Александр Булыгин стали совладельцами «Сибирского алюминия», а Владимир Лисин - НЛМК.

В этот момент у Льва Черного, наконец, появился выход на тех людей, которые в период второго срока Бориса Ельцына фактически правили страной. Доверенным лицом создателя TWG стал Борис Березовский.

Стратегический инвестор

Вероятно, именно Борис Березовский убедил Льва Черного в том, что ситуацию в России контролирует тот, кто контролирует СМИ. Лев Черной финансировал сделки по приобретению предпринимателем пакетов акций канала ТВ-6 и издательского дома «Коммерсант».

Однако несмотря на то что фактическим хозяином двух СМИ являлся Лев Черной, никаких дивидендов ему это не принесло. Г-н Березовский смог доказать алюминиевому королю, что обществу лучше не знать имени истинного владельца. Власть же должна тоже иметь возможность делать вид, что не в курсе подробностей сделки. Имидж Льва Черного не выдерживает никакой критики, и его попытки влиять на редакционную политику СМИ могут вызвать крайне негативную реакцию. Имидж Березовского, конечно, тоже далек от идеального, однако к нему в обществе привыкли, и во власти уважают.

В результате инвестиции в ТВ-6 и «Коммерсант» не дали Льву Черному в плане формирования общественного мнения ровным счетом ничего. Напротив, принадлежащие ему СМИ, по свидетельству самого предпринимателя, порой занимали позицию его оппонентов. К 2001 году Лев Черной разочаровался в партнерстве с Борисом Березовским и продал ему пакеты акций ТВ-6 и «Коммерсанта».

Однако до этого советник Льва Черного успел убедить его пойти на самую, пожалуй, сенсационную сделку конца 90-х. По мере того как «Сибирский алюминий» набирал силу, положение Льва Черного становилось все более шатким. Дело в том, что Олег Дерипаска возглавил поход за отмену толлинговых схем, на которых, собственно, и держался бизнес TWG.

К середине 99-го года к антитоллинговому походу «Сибала» присоединился всесильный в тот период вице-премьер Николай Аксененко. Бизнес Льва Черного затрещал по швам. Говорят, что Борис Березовский посетовал Льву Черному на то, что «с этими ребятами он и сам ничего поделать не может», однако у него есть на примете перспективый бизнесмен, который может разрешить ситуацию ко взаимному удовлетворению.

Так, говорят, Роман Абрамович и приобрел половину алюминиевой промышленности России за $500 млн. Спустя несколько месяцев г-да Абрамович и Дерипаска объединили свои активы и создали компанию «Русский алюминий». Купленные у Льва Черного активы были оценены в $1 млрд.

На сделке с чукотским губернатором Лев Черной потерял, точнее, упустил выгоду - около $500 млн. Впрочем, и вырученные $0,5 млрд счастья Льву Черному не принесли. Он попытался вложиться в бизнес, где его недруги не имели никакого интереса, - в лесной. Однако на Усть-Илимском ЦБК, купленном структурами Льва Черного, вскоре разгорелся корпоративный скандал. Противостояние между группами акционеров закончилось выкупом предприятия «Сибирским алюминием» за $90 млн - говорят, что эта сделка также стала возможной не без участия одного из доверенных лиц Льва Черного, который подставил своего хозяина.

Спустя несколько месяцев Олег Дерипаска блистательно перепродал Усть-Илимский ЦБК группе Ilim Pulp за вдвое большую сумму - $200 миллионов.

Пенсионер российского значения

Сегодня Лев Черной больше не занимается большим бизнесом. Он хорошо усвоил уроки последних лет - доверять в России нельзя никому, а бизнес в стране невозможен без прямых выходов в большую политику. Попытки такого выхода Лев Черной предпринимал, и не раз. Помимо инвестиций в СМИ он финансировал строительство горнолыжного курорта, однако дивидендов ему это не принесло - Лев Черной физически не может кататься на лыжах.

Он выкупал полосами площади в ведущих российских СМИ, где излагал свое видение развития России, однако услышан не был. Попытки финансирования политических партий успеха также не имели - движение «Кедр», по слухам, получившее финансирование от структур бывшего алюминиевого короля, вполне ожидаемо на выборах провалилось.

Последняя сфера приложения капиталов Льва Черного - межрегиональная общественная организация «Мобилизация и развитие», сокращенно «Мир». Или, скорее, безоговорочная капитуляция.

Бизнесмен, в прошлом - алюминиевый магнат

Предприниматель, основатель Фонда Михаила Черного в помощь жертвам террора. В прошлом - алюминиевый магнат: вместе с компанией Trans World Group владел крупными пакетами акций Братского, Красноярского и Саянского алюминиевых заводов, до 2001 года был акционером "Сибирского алюминия" (опровергал утверждения СМИ, называвших его фактическим владельцем компании). В 2006 году подал иск в британский суд против владельца компании "Базовый элемент" Олега Дерипаски за нарушение договоренности о выплате денег за проданную в 2001 году долю в алюминиевом бизнесе; в 2012 году процесс завершился мировым соглашением. В 2009 году был объявлен Интерполом в международный розыск по подозрению в отмывании денежных средств. Гражданин Израиля с 1994 года.

Михаил Семенович Черной (Черный) родился 16 января 1952 года в городе Умань Черкасской области Украинской ССР. В некоторых СМИ указывалось также, что он родился в Ташкенте (путаница могла возникнуть от того, что семья Черного в 1954 году переехала в столицу Узбекской ССР, где родились младшие братья Михаила - Лев и Давид). В 1981 году Михаил Черной окончил отделение "организация производства" механического факультета Ташкентского политехнического института.

Публиковались сведения, что с 1981 года Черной работал в футбольной команде 1-ой лиги "Старт" (был администратором, начальником команды). Позднее Черной начал выполнять "функционерскую работу" в ташкентском спортивном объединении. Сам Черной рассказывал, что после окончания института он начал работать "на одном из заводов местной промышленности": был мастером, начальником цеха, заместителем начальника производства.

По некоторым данным, в 1985 году брат Михаила, Лев, который работал начальником ОТК в филиале Ташкентского экскаваторного завода, создал один из первых в Узбекистане производственных кооперативов. Привлек он для работы в кооперативе и старшего брата. Позднее российские СМИ упоминали братьев Черных как крупных "цеховиков", работавших "в сфере теневого производства", которое обеспечивалось добытыми путем хищений сырьем и материалами. В дальнейшем Черной занялся торговлей и в интересах этого бизнеса начал активно использовать имевшиеся у него связи в спортивных кругах, благодаря чему "получил возможность ездить по всей стране в качестве спортивного чиновника".

В 1988 году Черной перебрался в Москву и вскоре познакомился с владельцем компании Trans Commodities Сэмом (Семеном) Кислиным (Sam Kislin), вместе с которым начал экспортировать из СССР железную руду, кокс и уголь. В первой половине 1992 года Лев Черной зарегистрировал в Монако компанию Trans CIS Commodities Ltd. (TCC). К ней, по свидетельству СМИ, "фактически и перешел бизнес Trans Commodities - но уже без Сэма Кислина", который безрезультатно пытался добиться цивилизованного раздела бизнеса.

В 1992 году у Черных появились новые партнеры - британские бизнесмены Дэвид (David) и Симон Рубены (Simon Reuben). Рубены и Лев Черной создали совместную офшорную компанию Trans World Group (TWG), которая вскоре получила разрешение российского правительства на беспошлинный экспорт алюминия и импорт глинозема. Некоторые источники утверждали, что Михаил Черный также был в числе совладельцев TWG, однако сам предприниматель это отрицал, не опровергая при этом сотрудничества с компанией. В дальнейшем СМИ указывали, что свое состояние братья Черные создали на алюминиевом толлинге. Его схема предполагала работу предприятий на давальческом сырье без оплаты его их стоимости. Таким образом, получалось, что работавшие по схеме толлинга заводы оказывали услугу зарегистрированной в офшоре фирме-толлинеру TWG и получали за это минимальную плату.

После начала приватизации в России Черные предприняли "энергичные шаги по установлению контроля над заводами через приобретение существенных пакетов их акций". К середине 1990-х годов TWG стала владелицей крупных пакетов акций Братского (БрАЗ), Красноярского (КрАЗ) и Саянского (СаАЗ) алюминиевых заводов и начала контролировать финансовые потоки Новокузнецкого (НкАЗ) и Богословского алюминиевых заводов. Утверждалось, что компания контролировала 73 процента производства алюминия в России. Кроме того, Черные и TWG стали владельцами больших пакетов акций крупнейших в России производителей стали - Новолипецкого и Магнитогорского металлургических комбинатов. В этот же период они начали сотрудничать с Олегом Дерипаской , который занимал должность генерального директора "Росалюминпродукта" (с 1993 года - АОЗТ "Алюминпродукт").

Российские СМИ писали о том, что интерес к алюминию в это период проявил криминал, в результате чего алюминиевые заводы стали "объектами борьбы между различными преступными группировками", и Михаил Черной начал приобретать врагов. В 1994 году он эмигрировал в Израиль, получил израильское гражданство и, по некоторым сведениям, "отстранился от бушевавших в России алюминиевых войн". Между тем, по данным прессы, алюминиевые заводы России находились под контролем братьев Черных до 1997 года (по другим данным, до 1998 года).

По словам самого Черного, в конце 1996 года - начале 1997 года вследствие возникших разногласий ему было предложено выйти из общего бизнеса и продать акции заводов, которыми он владел совместно со Львом и TWG. После продажи акций части алюминиевых предприятий, сообщал бизнесмен, он оставил себе "акции завода в Саяногорске" - СаАЗа, а также акции медных и угольных предприятий. Партнером Черного стал Дерипаска, и вскоре они стали владельцами контрольного пакета акций СаАЗа, ставшего головной структурой группы "Сибирский алюминий", которую и возглавил Дерипаска, а Михаил Черной, по выражению журналистов, "предпочел остаться в тени".

Неоднократно в российских СМИ журналистами высказывались подозрения о связях бизнесмена с криминальным миром. В частности, имя Черного в прессе упоминали вместе с именами бизнесмена, лидера измайловской ОПГ Антона Малевского и считавшегося одним из руководителей подольской ОПГ Сергея Попова. Михаил Черной фигурировал в прессе в связи с расследованием в 1995 году уголовного дела о "чеченских авизо" (высказывались подозрения, что Trans CIS Commodities заработала "свои первые деньги через банки-пустышки в Чечне" с помощью фальшивых документов). Несмотря на то, что Михаилу Черному удалось выиграть несколько исков к российским СМИ и добиться опровержения опубликованной в них информации о возможных криминальных связях бизнесмена, в дальнейшем Франция, Великобритания, США и Швейцария отказывали бизнесмену в праве на въезд. В августе 2000 года Черной, имевший бизнес в Болгарии, был выдворен из страны с лишением права пребывания на ее территории и въезда в нее в течение десяти лет - как лицо, связанное с международными преступными организациями и угрожающее национальной безопасности государства. Писали СМИ и о попытках властей Израиля лишить Черного израильского гражданства. Однако доказать, что он занимался нелегальным бизнесом - отмывал деньги, занимался вымогательством, торговлей наркотиками и представляет угрозу национальной безопасности страны - им не удалось.

В начале 2005 года Черной объявил о том, что "Базэл" Дерипаски не выплатил ему всех денег за полученную в 2001 году долю в алюминиевом бизнесе, поэтому он претендует на 3 миллиарда долларов или на 20 процентов акций "Русала". В 2006 году, после того, как в марте истек крайний срок выплат, Черной подал иск в британский суд против Дерипаски. В 2007 году Черной, рассказывая о сути иска, заявил, что теперь ему принадлежат уже не 20, а 40 процентов компании, поскольку используя их общие деньги Дерипаска "за минувшие годы" выкупил доли Романа Абрамовича и Бориса Березовского . В свою очередь, Дерипаска обвинения Черного опровергал. Более того, он настаивал на том, что Михаил Черной вымогал у него деньги: по словам бизнесмена, Черной входил в состав измайловской ОПГ, которая предоставляла их компании "крышу" в обмен на долю в прибыли предприятия. Рассказывая о конфликте, СМИ особо отмечали, что именно Дерипаске Черной особенно доверял как партнеру по бизнесу. Впоследствии бизнесмен даже предположил, что Дерипаска - организатор развернутой против него кампании. В 2012 году Черной отказался от претензий к Дерипаске, заключив с ним мировое соглашение.

В мае 2009 года центральный суд №4 Национального суда Испании выдал ордер на арест Черного, подозреваемого в отмывании денежных средств. Летом того же года, по словам Черного, "по испанскому делу" его объявил в розыск Интерпол.

СМИ изредка публиковали сведения о состоянии Черного. Так, в феврале 2006 года журнал "Финанс." Оценивал состояние предпринимателя в 1 миллиард рублей (35 миллионов долларов). В публикациях израильской прессы 2009 года можно найти информацию о том, что сам Черной оценивал свое состояние в 5 миллиардов долларов.

Черной женат вторым браком, он - отец четырех дочерей. Сообщалось, что Черной живет вместе с семьей неподалеку от Тель-Авива. Своим хобби основатель Фонда Михаила Черного в помощь жертвам катастроф и терактов называл помощь добрым и честным людям.

Черной Михаил Семенович, Черной Лев Семенович, Черной Давид Семенович

После окончания Ташкентского политехнического института Лев Черной был принят на Ташкентский экскаваторный завод на должность начальника ОТК филиала, выпускавшего товары народного потребления. Сообщалось, что на базе этого филиала в Лев создал один из первых в Узбекистане производственных кооперативов. Для работы в нем он привлек старшего брата Михаила, который взял на себя организацию производства, Лев же занимался поставками сырья и сбытом продукции, финансовыми вопросами. По собственным словам Михаила Черного, в начале 1980-х годов он занимался функционерской работой в Ташкентском спортивном объединении, в ходе чего познакомился с тренером сборной СССР по теннису Шамилем Тарпищевым, который в 1990-х годах вошел в высшую политическую элиту России.

Публиковалась информация, что Лев Черной опирался на поддержку организованных преступных группировок Ташкента, лидерами которых стали его бывшие школьные приятели. По информации различных изданий, один из братьев Черных (Лев или Михаил) учился в одной школе с Алимжаном Тохтахуновым (кличка «Тайванчик»), который впоследствии стал одним из бригадиров «измайловской» ОПГ в Москве. По некоторым данным, деньги на раскрутку кооператива Черных были выделены из местного “общака”, поскольку Лев представлял для криминала интерес в связи с созданием структуры для отмывания доходов от рэкета, проституции, торговли оружием и наркотиками. Через связи с узбекским криминальным сообществом, в первую очередь с Гафуром Рахимовым и Тофиком Арифовым, Лев Черной, предположительно, установил отношения с такими крупнейшими фигурами российского преступного мира, как вор в законе Вячеслав Иваньков (“Япончик”) и Отари Квантришвили. Благодаря этому сотрудничеству Черной стал одним из наиболее крупных “цеховиков” Узбекистана, работавших в сфере теневого производства ТНП.

На ниве продажи ширпотреба Черные наладили сотрудничество с работником внешнеторговой организации «Узбекинторг» (по словам Михаила Черного, это произошло в ). «Узбекинторг» поставлял за рубеж продукцию узбекских заводов (металлургия и химия), а взамен получал дефицитные в СССР товары массового спроса, которые реализовывались в Узбекистане, в том числе и через братьев Черных.

В конце 1980-х годов Черные перебираются из Ташкента в Москву, где в основали советско-панамское совместное предприятие «Колумб». Ближайшим соратником Черных в СП «Колумб» был уроженец Ташкента Яков Голдовский. Официальным видом деятельности СП называлась торговля древесиной. Проходила информация, что в организации предприятия принимали участие итальянцы болгарского происхождения, называлось имя Лоры Видинлиевой.

В конце 1990-х годов доли Льва Черного и в сибирских алюминиевых заводах выкупили акционеры «Сибнефти» Борис Березовский, Бадри Патаркацишвили и Роман Абрамович. А в начале 2000-х годов Михаил Черной продал свои доли в «Русале» Олегу Дерипаске, а в УГМК и Кузбассразрезугле . С у Михаила Черного остались хорошие отношения, а вот с Дерипаской он долго судился в британских судах, утверждая, что Дерипаска не полностью рассчитался с ним за акции «Русала».

В 2000-х годах Михаил Черной уехал на постоянное место жительство в Израиль.

Лев Черной с 1998 года пытался реализовывать политические проекты в России, создавая себе имидж предпринимателя-патриота и государственника. На этой почве Лев Черной активно сотрудничал с Борисом Березовским. В 1999 году Лев Черной создал и возглавил Институт перспективных научных исследований при Отделении общественных наук РАН, который «проводит системные исследования в сфере макроэкономики, социологии и высоких технологий», «участвует в разработке и реализации Программ фундаментальных исследований Президиума РАН «Экономика и социология знания» и «Научно-технологический прогноз развития экономики России». Сообщалось, что Лев Черной поддержал создание партии «Единство», однако какой вклад он внес в ее создание неизвестно. В 2000 году Черным была создана Межрегиональная общественная организация содействия демократическим реформам «Мобилизация и Развитие», которая функционировала как минимум до 2012 года.

Дата актуализации информации: 2015 год.

______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

Если вы хотите дополнить или опровергнуть информацию, помещенную на данном сайте, присылайте имеющиеся у вас сведения по адресу

Для оказания финансовой помощи сайту можно перечислить средства на кошелек Яндекс.Деньги

Михаил Черной, криминальная «крыша» Дерипаски

Михаил Черной совместно с авторитетами Измайловской преступной группировки участвовал в дележе аллюминиевого бизнеса в России, когда начался тотальный расхват бандитами государственной собственности. В этом можно убедиться, если поднять архив его дела, находящийся в прокуратуре. А теперь по существу.

Михаил Черной родился г. Умань (Черкасская область) в 1952г. У Михаила есть два младших брата — Лев и Давид. 1954г. – семья переезжает в Ташкент. Здесь Михаил оканчивает средне образовательную школу, затем поступает на факультет «Организации производства» в Ташкентский политехнический институт.

С 14 лет уже начинает работать с освоения профессии электрика, затем работает телефонистом.
С 1981 года работает администратором, незадолго возглавил футбольную команду «Страт» из 1-й лиги Ташкента. Пройдя через этот этап, любовь к спорту заняла особое значение в его жизни. До 1985 года включительно работает на фабрике продукции народного потребления, является начальником одного из крупных цехов.

В 1985 году Михаил Черной вместе с братом Львом открывают один из первых в Ташкенте кооперативов, которое сначала занимается цветочным бизнесом, но с расширением круга интересов братьев старший Михаил берёт на себя всю организацию производства, Лев занимается финансовыми вопросами, поставками сырья, а также сбытом продукции, финансовыми вопросами. По словам самого Михаила Черного тут они и заработали первый миллион рублей. В интервью Черного «Миру новостей» в1999 г. Говорится о разнообразной деятельности их кооператива с очень сложным производством всего; от пластмассы до металлических изделий.

Многие СМИ уверенно заявляют, что ведя свой бизнес, братьев поддерживал криминальный мир Ташкента. Например, газета «Консерватор» (2003г.) сообщает о том, что средства на раскрутку бизнеса братьям Черным были предоставлении узбекским криминальным сообществом, в том числе Тофиком Арифовым и Гафуром Рахимовым. Кооператив Черных регулярно использовался этим криминальными структурами для отмывания доходов от торговли оружием и наркотиками, проституции и рэкета.

Здесь же в Узбекистане Михаил Черной знакомится с . Последнего и сегодня вместе с Олегом Дерипаской относит к списку самых надежных партнеров.

Сэм Кислин был «кинут» братьями Черными

В 1988 году он уезжает в Москву, где знакомится со многими предпринимателями, с западными бизнесменами. В 1989 году с гражданином Америки Сэмом Кислиным (владелец фирмы Trans Commodities, родился в Одессе), торговавшим на то время многим – как апельсинами, так и швейными машинками, знакомится сначало брат Лев Черной, затем и сам Михаил, что и определило, по словам самого Михаила Черного, его дальнейшую судьбу.

Бизнес Кислина заключался в организации поставок продукции на российские предприятия металлургической промышленности. Проблемы компании связывались с рядом важнейших вопросов для развития вопросов, в первую очередь — проблемы с доставками сырья. Здесь и пригодился Михаил Черной, у которого было достаточно много транспортников, в том числе и в МПС. Всё это позволило доставлять грузы Trans Commodities точно и в срок.

1991 год обозначился для Льва Черного знакомством с Гораном Становичем в Москве, который представлял фирму Trans World Metals (TWM) — принадлежала Дэвиду Рубену, английскому бизнесмену, бывшему брокеру биржи металлов в Лондоне. Тогда TWM сотрудничала с объединением «Разноимпорт» на внешнем рынке и являлась посредником в поставках в Лондон на биржу металлов небольших партий олова.

Издание «Консерватор» (2003 г.) сообщает, что Лев Черной регистрирует фирму Trans CIS Commodities Ltd в Монте-Карло (Монако). К ней фактически и перешел весь бизнес Trans Commodities, однако уже без Сэма Кислина. Одессит в прошлом пытался получить хоть отступные, но остался без таковых.

Trans CIS Commodities находит нового партнера и начинает работать вместе с TWM Дэвида Рубена. Британская сторона могла предоставить все возможности для сбыта металла, предоставляемого практически в неограниченном количестве российской стороной. Так появляется партнерство Trans World Group (TWG).

Михаил Черной анализирует производство советских предприятий для пониманию истинных причин их деградации и нехватки оборотного капитала. Он строит модель производства работы, которая должна была преодолеть кризис производства, для чего необходимо было привлечь инвестиции с Запада. Так они с братом встречаются с представителями самой крупной компании Югославии, которая торговала коксом, углём и металлом. Сотрудничество начинается с перепродаж кокса. На первых порах мы перепродавали кокс. К1988 году начинают экспортировать из СССР ещё и уголь, железную руду.

Основной сферой деятельности TWG его владельцы выбрали алюминиевую промышленность, а комбинаты России стали идеальными объектами производства такого товара. Trans World Metals — бизнес Дэвида Рубена, который непосредственно касался Лондонской биржи металлов, а именно алюминий, в отличие от черных металлом, является биржевым товаром.

По мнению создателей TWG именно они помогли восстановить связи между союзными республиками после распада СССР, помогли построить инфраструктуру России. Жадность заставила их рисковать там, где, например, Alcoa и другие крупные компании боялись рискнуть. Так как в Европе возврат от торговых операций составлял максимум 1%, то есть 5$ за 1 т металла. Здесь, как говорит Рубен он и увидел возможность получать заработок 200 долларов за тонну. Так потекла прибыль.

Братьям Черным приписывают как изобретение толлинговой схемы, так и безусловный приоритет в использовании этой схемы в России. Суть схемы заключалась в следующем: алюминиевый завод не принимает участия ни в продаже металла, ни в покупке сырья вообще. Он предоставляет услуги фирме-толлингеру, занимающаяся поставками на этот завод глинозема и которая забирает с него необходимый металл. При этом алюминиевый завод получает от фирмы минимальную плату за данную услугу, которой достаточно для выдачи зарплат работникам. Доходы от сделки оседают в фирме-толлингере, которая не облагается никакими налогами. Так доходы завода приравниваются к нулю, а доходы толлингера подскакивают до максимума.

Таким образом, именно Черные с 1992 года стали широко применять схему переработки глинозёма (давальческого сырья) в алюминиевой промышленности России. Схема освобождала производителей алюминия от уплат налогов и таможенных пошлин, при этом оставляла около 2/3 денежной выручки на банковских счетах фирм-посредников.

Расходы TWG в первое время существования толлинговой схемы, составляли весьма немалые величины, несмотря на это большая часть прибыли оставалась в руках партнеров. Многие предприниматели, быстро разбогатевшие, скупали недвижимость в европейской части континента, в это время TWG скупала все ваучеры, которые по приватизации алюминиевых заводов выбрасывались на чековые аукционы. Так энергичными шагами братья Черные через приобретение значительных пакетов акций этих заводов устанавливали контроль над ними.

Постепенно к1998 году Михаил Черной и его брат Лев контролировали три самых крупных завода России по производству алюминия: Саянский, Братский и Красноярский (более 60% выпускаемого в России алюминия).

Михаил Черной к этому времени уже не проживает в столице России, в 1994 году он стал гражданином Израиля.

В 1998 году Михаил поссорился с братом Львом, что привело к выходу из общего бизнеса. Затем он и Олег Дерипаска, генеральный директор Саянского алюминиевого завода путём проведения дополнительной эмиссии акций СаАЗа становятся обладателями контрольного пакета акций. СаАЗ становится головной структурой «Сибирского алюминия», Олег Дерипаска занял должность президента данной группы. Михаил Черной остаётся в тени.

Ссора братьев привела к переделу собственности в этой отрасли. Одна из версий гласит, что Льву с его западными партнерами не нравились связи Михаила в криминальном мире, а также особо пристальное внимание к старшему брату со стороны правоохранительных органов. Сам Лев не называет это ссорой, но из-за разногласий в конце 1996 года ему предлагают самостоятельно покинуть общий бизнес, продать акции владеющих совместно с ними заводов. Общие акции Лев продаёт, а у себя оставляет лишь акции, приобретённые им самостоятельно — завода в Саяногорске, акции угольных и медных предприятий.

На рубеже веков у TWG начинаются серьезные проблемы, так как глава энергосистемы России угрожает банкротством этому предприятию и требует выплат прошлых долгов размером несколько сотен млн. долларов (так сказалась оплата электроэнергии по льготным тарифам). В феврале 2000 года Рубены и Лев продают самые крупные активы, принадлежащие им суммой 500 млн. $ группе, которая была связана с «Сибнефтъю». Рубенам досталась половина этой суммы, Льву пообещали отдать вторую.

В 2001 году Михаил Черной стал участником крупного скандала, который касался покупки израильской компании телекоммуникационной. В 1999 году Гад Зееви (израильский предприниматель) приобрёл у Cable&Wireless — крупной британской компании 19,6% акций компании Bezeq. Незадолго выяснилось, что на данную покупку Зееви взял в кредит у Михаила Черного 140 млн. долларов. Взамен на это Черной получал опцион на выкуп определённой части акций Bezeq спустя 5 лет по цене 1-ой продажи, а в случае обесценивания акций компании, он получил бы деньги назад.

Весной 2001 года эта сделка стала причиной появления нешуточного скандала. Михаил Черной попал под подозрения израильских правоохранительных органов. Так, последние считали, что деньги, предоставленные в кредит для покупки Bezeq, имеют сомнительное происхождение и что компания Зееви не сообщила властям Израиля об источниках найденных средств. Спустя год Черному предъявлены обвинение в осуществлении теневого финансирования.

Джейкоб Гаранти, представитель министерства юстиции Израиля заявил, что Михаил Черной обвиняется в отмывании денежных средств и препятствовании осуществления правосудия, что деньги, использованные для покупки пакета акций Bezeq, являются «грязными». В данных ситуациях Михаил Черной всегда оставался верен себе и неоднократно утверждал, что причиной всех обвинений является его личные враги и конкуренты в Израиле. Полиция расценивает сделка по Bezeq как попытку русской мафии захватить израильскую телекоммуникационную компанию для прослушивания телефонных разговоров граждан этой страны. На данной высказывания Черной эмоционально заявил, что последние 6 лет его разговоры круглосуточно прослушиваются, но никак не могут смириться с отсутствием компромата.

19 августа 2000 года Михаил Черной получает запрет на въезд в Болгарию в течении 10 лет, и высылается из страны. Министерство иностранных дел РФ заступилось за бизнесмена, объявив данное дело политической провокацией для дискредитации российский бизнес. Затем М. Черному закрывают въезд и во Францию, Швейцарию, США и Британию из-за подозрений в связях с преступным миром и отмывании денег.

Сам черное опровергает его связи с русской мафией, и объясняет предъявленные ему обвинения заказами, которые выполняют власти Израиля. В декабре 2000 года несколько трейдерских компаний цветного металла заявили о направлении иска на сумму 2,7 млрд. долларов в нью-йоркский суд против российской компании «Русский алюминий» (крупнейшей по производству алюминия в РФ) по обвинению в вымогательствах для получения контроля над определённым российским заводом, а также в убийствах. Иск, поданный Alucoal Ltd., Base Metals Trading Ltd., Base Metal Trading SA адресован и основным владельцам данного предприятия Олегу Дерипаски и Михаилу Черному.

Допрос Черного в марте 2001 года в отделе полиции Израиля по расследованию международных преступлений завершился домашним арестом. В мае того же года М. Черной сделал официальное обращение к властям Израиля и попросил последних отдать его под суд с обвинениями во взяточничестве, похищении людей и организации убийств. Плотная и тщательная «опека» М. Черного полицией стала причиной такого решения. Арестовывают людей из ближнего круга М. Черного: Олега Черноморца, члена горсовета города-курорта Эйлат, Елену Сакир, секретаря Михаила Черного. Они упали под подозрения в организации на берегу Красного моря «сходок русской мафии».

На начало 2001г. Михаилу Черному подконтрольны акции «Левски Спартак» — болгарского футбольного клуба небольшой пакет акций GSM-оператора «МобиТел» (Болгария). Черной также контролирует определённую часть бизнеса УГМК (Уральской Горно-металлургической компании), а в 2000 году контролировал приблизительно 45 процентов акций «Сибирского алюминия», с партнерами он разделяет Naftex — болгарскую нефтетрейдинговую группу, группу Technology Industry и ряд металлургических предприятий в Болгарии. В 2002 году Черной продал российские активы, принадлежащие ему.

Адвокат российского олигарха Олега Дерипаски рассказал на судебном заседании в Лондоне, что Михаил Черной никогда не являлся партнером бизнесмена, а был «авторитетом», «крышевал» алюминиевый завод, Лондонский верховный суд рассматривает претензии Черного, израильского бизнесмена, на 20% «Русского алюминия».

На слова адвоката М. Черного относительного того, что его подзащитный оказывал помощь О. Дерипаске в основании бизнеса, когда у того не было даже поесть, защитник российского олигарха возразил тем, что Черной преступник, который сколотил состояние через криминальные связи. Заводы самого Дерипаски он тоже «крышевал», за что и получил деньги, которые ему причитались.

Адвокат О. Дерипаски Томас Бизли заявляет, что карьера Черного была построена следующим образом: израильский «бизнесмен» являлся авторитетным бандитом во всём Ташкенте, после чего связывал собой узбекскую и российскую преступность. В Москве Черного принимают в группировку Антона Малевского, предложившая «крышу» бизнесу олигарха Дерипаски.

Защитник истца рассказал, что на момент знакомства олигарха и Черного О. Дерипаска уже был успешным бизнесменом, и никак не бедным студентом.

Томас Бизли обратил особое внимание суда на «связи» М. Черного: среди влиятельных людей — тренер Б. Ельцина по теннису, и отлично налаженные связи с криминальными бизнесменами (Томасом Бизли были названы 10 авторитетов – знакомых).

Адвокат также объяснил знакомство подзащитного и ответчиком. В России «крыша» в 90-е годы была обязательным элементом бизнеса до тех пор, пока это не пресёк ситуацию президент В. В. Путин. Юрист пояснил, что О. Дерипаска являлся «юношей» во главе громадного сибирского завода, вдали от крупных городов, пронизанных организованной преступностью. Малевский и Черной настойчиво предлагали российскому олигарху свои услуги. Они рассматривали в Дерипаске хорошую «мишень». Подписанные Черными Дерипаской финансовые документы прикрывали отношения «крыши», но никак не партнерство. В 2001 г. бизнесменами был подписан документ, ставший завершающим в их «сотрудничестве» о выплате «отступных». Тогда организованной группировке М. Черного О. Дерипаска перечислил 250 млн. долларов.

Томас Бизли отметил, что между Черным и Дерипаской были дружеские отношения. Ответчик только соблюдал требования крыши, а именно встречался с людьми, которые её представляли, и был к ним дружелюбен.

В период с 1996 по 2007 года в Швейцарии расследовалось дело в отношении М. Черного, подозревавшийся в связях с «русской мафией». Суд состоялся в 2008 году и завершился полным оправданием Черного. 13 мая 2010 г. суд Швейцарии компенсировал Черному необоснованные подозрения суммой в размере 30 тысяч швейцарских франков.

В 2009 году центральный суд № 4 (филиал Национального суда Испании) выдал ордер на арест Михаила Черного, подозреваемого в отмывании денег и объявил его в интернациональный политический розыск.

Михаил Черной требовал 20 процентов ОАО «Русский алюминий» (13,2 процента ОК «Русал» — после слияния) О. Дерипаски. Черной подал иск на О. Дерипаску в 2006 году. 3 июля 2008 года английский суд постановил, что Черной вправе судить Дерипаску в Англии. Он также отметил, что в случае перенесения слушания дела в Россию, Михаила Черного могут убить или задержать по фальшивым обвинениям. Однако рассмотрение дела началось лишь 9 июля 2012 года. Выступление защиты российского олигарха продолжилось в сентябре этого года после небольшой паузы суда. Черной рассчитывал на компенсацию в размере 1 млрд. долларов. Рассмотрение дела прекращено подписанием бизнесменами мирового соглашениями. Условия договорённости не были раскрыты.

10 декабря 1954 года, в роддоме города Ташкента, далеко за полночь, после увесистого шлепка акушерки, раздался слабый писк. Все облегченно вздохнули. Мальчик рождался долго и трудно, как будто бы этот мир вообще не хотел его.
Забитые советской действительностью и на всю оставшуюся жизнь перепуганные “берием” родители дали ему гордое имя Лев. Как бы в отместку всему миру за хилость создания. И в борьбе за жизнь болезненного мальчика мама - убежденная коммунистка, не доверяя сосланным из Москвы “врачам-вредителям”, тишком, по ночам, читала старорежимные молитвы грозному богу Яхве, чтобы мальчик выжил. И он таки выжил…
Но активная работа в КПСС аннигилирует Божью помощь – маленький Лева тяжко заболел полиомиелитом. А врачи, хоть и соплеменники, действительно оказались вредителями: ногу ниже колена пришлось ампутировать.
И как жить мальчику–инвалиду? Тем более в советском обществе, безжалостном ко всему, что выходит за спущенные сверху нормы. Можно себе представить, какую неполноценность должен ощущать жизнерадостный и энергичный мальчик, лишенный невинных детских радостей социалистического Узбекистана: собирать в каникулы хлопок и заливать водой норки сусликов, как все пионеры. Да и просто дать обидчику сдачи. Очень тяжко бы пришлось, не найдись покровитель. Им стал атаман окрестных хулиганов, одноклассник Левы – Алимджан, физически сильный, но не особенно усердный в учебе мальчик. Альянс был, очевидно, взаимовыгоден.
Обеспечив свою безопасность в пределах школы и окрестного квартала, Лева потихоньку подошел к тому возрасту, когда мальчики интересуются девочками. Но созревающим прыщавым девам не интересны умные – им нужны стройные, сильные и красивые. Как Алимджан.
Отираясь среди компании Алимджана, который с юности познал всех окрестных девиц, Лева и вкусил плод греховной любви, который оказался гораздо смачнее подражания Онану в туалете коммунальной квартиры, под нетерпеливые вопли соседей. Для того чтобы такую любовь вкушать, не нужны были мускулы и жизнерадостный вид. Были бы только деньги. Этот жизненный урок Левчик запомнил навсегда.
Студенческие годы в Ташкентском политехе прошли под звуки “Битлз”. Советская власть не поощряла, но и не резала уже насильно длинные волосы. В танцах дозволено стало обжиматься. Девочки, в семидесятые западали на джинсы, показушную независимость, портвейн “Чумай” и романтического Окуджаву. Три аккорда на гитаре Лева с грехом пополам освоил, но настоящие фирменные джинсы стоили дорого, и чадолюбивые родители в гроб себя вгоняли, лишь бы их увечному дитяти было тепло в этой жизни.
Но даже щедрого родительского вспомоществования на покупку желанных девичьих ласк не хватало – Ташкент не Киев, и тем более не Москва. С доступными молодыми девушками туго. Приходилось выдерживать мощную конкуренцию с обеспеченными сынками узбекской партноменклатуры.
И Левчик, в поисках дополнительных заработков, занялся делом: начал “катать”. Умные еврейские мальчики играют на скрипке или в шахматы. Не очень умные - идут в депутаты, а самые умные – “катают”. Проще говоря, играют в карты так, что поговорка “знал бы прикуп, жил бы в Сочи”, применительно к таким ребятам не работает. Тут не Сочи, тут Монте-Карло пахнет. Конкретно. Ловкость рук и никакого мошенничества. Деньги ваши - будут наши, а если что не так, на то есть Алимджан с гопой и “четыре сбоку – ваших нет”. Старый бизнес. Так это делалось в Одессе, так это делалось и в Ташкенте. Ну, может, колорит был пожиже: все же дехкане с ташкентского базара – не одесские биндюжники с Малой Арнаутской.
Впрочем, Левчика, не видевшего ничего лучшего, это не смущало. Денег хватало и на жвачку, и на американские сигареты: на них в те идиллические времена еще можно было соблазнять девушек без дополнительных затрат. Но и “контора” не дремала: повязали студента Черного в Самарканде с поличным. На зону Леве не хотелось и стал он стучать в КГБ на студентов, рассказывающих анекдоты про Брежнева, фарцовщиков и таких же “катал”, как сам. Не бескорыстно, конечно. Чекисты обеспечили Леве повышенную стипендию и возможность заниматься шулерством уже под их “крышей”. До кучи Лева стучал и местной братве, разве откажешь школьному приятелю Гафуру, который теперь ходил в авторитете.
Распределили чекисты Черного по тогдашним понятиям шикарно – сразу на должность начальника ОТК филиала Ташкентского экскаваторного завода, выпускавшего ширпотреб, который сейчас называют товарами народного потребления. Времени на картишки не осталось. А жить Лева привык уже широко.
Но не зря же постоянно приговаривал его отец: “Нет ноги, зато имеется хороший потц и аидише копф”. Лева создает подпольный цех по производству платочков и кофточек с люрексом – аборигенные дамы на все блестящее падки как сороки. Бухгалтерию вела мама, а нужные материалы воровал для сына главный энергетик трикотажного объединения. В Ташкенте многое решала вовремя в нужную руку сунутая взятка. Даже зять Брежнева впоследствии сел именно за узбекские взятки. Производство вели родные братья Левы, а “крышу” обеспечивали местное КГБ и старый школьный приятель Гафур. К перестройке Черной уже вышел крупным “цеховиком”.
Как только разрешили кооперативы, Лева моментально легализовал свой теневой “цех”. Но в организации производства мало что изменилось: по-прежнему сырье и материалы добывались путем систематических хищений государственного имущества в особо крупных размерах. Новизной стало лишь отмывание доходов Гафура от рэкета, проституции, торговли оружием и наркотиками.
Торнадо в виде Гдляна и Иванова, выбившего изрядный клин в теневой экономике Узбекистана пролетело мимо Черного – чекисты прикрыли. Кроме того, чрезвычайно осторожный и расчетливый, Лева всегда избегал прямой компрометации, и неоднократно предпринимавшиеся попытки местного МВД и московской прокуратуры найти документальные доказательства его причастности к организованной преступности были безуспешными. Не пришьешь же к делу школьную дружбу…
Тем временем Гафур свел Черного с вором в законе Вячеславом Иваньковым, известным стране как “Япончик” и Отари Квантришвили (“Отарик”). Узбекистан Черному стал тесен. Тем более что в Москве Гайдар провозгласил построение капитализма.
А раз так, то Левчик предпринял первый самостоятельный шаг в своей жизни – “кинул” родного брата Мишу на 1 (один) МИЛЛИАРД ДОЛЛАРОВ ! (Это не опечатка). Вот и слушай после этого анекдоты про “бедных…” ну, этих, самых, в общем, вы понимаете, про кого…
Уже в 90-м Лев стал деловым партнером американского гражданина, выходца из Одессы, Сэма Кислина, владельца фирмы Trans Commodities. Это было то время, когда всех иностранцев до паранойи интересовал росиийский металл. Любой. От металлолома до циркония.Забугорные бизнесмены нашли в разваливающемся СССР край непуганых бюрократов и нищих, по западным стандартам, директоров крупнейших в мире заводов. Нехватка оборотных средств принуждала руководителей предприятий прибегать к услугам таких гешефтмахеров, как Черной, по всей стране. Тем более что западные скупщики не мелочились на “стеклянные бусы”.
Компрадорское посредничество давало неплохую прибыль: с разницы внутренних и международных цен Черной имел 50%. А объемы поставок постоянно расширялись. Но жадность… Жадность… До сих пор Черной держит у себя одного личного шофера – экономит на зарплате второго.
Не желая больше делиться с Кислином, Лева зарегистрировал в Монте-Карло фирму Trans-CIS Commodities Ltd.(TCC), которая практически присвоила не только бизнес, но и имя фирмы Кислина. Так Лева опять кинул партнера. Пока только на деньги. Попытки друга Сэма добиться цивилизованного раздела наткнулись на совет: “Серьезно подумать, если жена хочет видеть его самого и детей живыми”. Сема вырос в Одессе и тоже имел аидише копф. Он встречался в компании Черного с Япончиком. Ему не надо было повторять.
Партнером в новой фирме Черного стал тот же Япончик и фирма, кроме скупки металла в России, стала мощной прачечной для отмывания “грязных” денег Иванькова, в том числе и полученных от наркобизнеса. Это задокументировано швейцарской полицией, которая завела на Черного уголовное дело. (Как утверждает сам Л. Черной в интерью: “Независимой газете” 24.12.99г. “…подробности этого дела широко освещены в Рейтер, Франс Пресс, Фигаро, Нью-Йорк таймс.)
1991 год стал для Левы судьбоносным. В Москве он познакомился с Гораном Становичем, представителем мелкой посреднической фирмы TWM (Trans-World Metal). Саму фирму возглавлял Давид Рубен, знакомство с которым не заставило себя ждать. Ценность этой компании была в том, что она имела брокерское место на Лондонской бирже металлов , куда Лева со своей монакской фирмой ТСС год не мог пробиться: туда не каждого пускают. ТСС Черного стала агентом TWM. Именно с легкой руки Рубена, Лев Черной всерьез заинтересовался алюминием.
За год Черной, Япончик и Отарик сколотили вокруг TWM конгломерат посреднических “поплавков”, получивших название Trans-World Group (TWG), которую и зарегистрировали с помощью Давида Рубена в Лондоне как холдинговую компанию.
В 1992 году Черной выходит на Сосковца, который санкционирует в алюминиевой промышленности России невиданный доселе в экономической истории человечества метод выкачивания денег из страны – толлинг. Режим давальческого сырья (глинозема) “под таможенным контролем”, освобождал TWG от налогов и таможенных пошлин на ввозимое сырье и вывозимый металл. При этом на счетах фирм-посредников оставалось до 75% валютной выручки. Благодаря толлингу TWG за короткий срок вошла в тройку крупнейших игроков на Лондонской бирже металлов. В 1995 г. TWG продала на этой бирже свыше 1 миллиона тонн алюминия. 5% всего мирового производства. Годовой доход TWG достиг 5 миллиардов долларов США. Президент TWG Д.Рубен в британской печати неоднократно подчеркивал, что “именно Лев, с его связями поставил бизнес на территории бывшего Советского Союза”. Черной числился в TWG всего лишь генеральным консультантом, но, по свидетельству сотрудников компании, все вопросы, связанные с ведением дел на территории России, Украины и Казахстана решал единолично. Рубен подмахивал бумаги не глядя.
Черной, под угрозой лишить сырья и работы, перевел российские заводы-производители алюминия на экспорт необработаного металла. При почти полной потере внутреннего рынка и оборотных средств заводы вынуждены были покориться. Так родился новый вид неоколониализма – работный. Заводы работали за глоток кислорода. О том, чтобы встать на ноги не могло быть и речи – прибылью с продаж металла с заводами никто делиться не собирался. Так самый выгодный в мире бизнес окончательно лег в России на бок. Оборотных средств его лишили Гайдар с Матюхиным, добил Черной и толлинг.
В 1992 году, когда железный занавес сменился сплошный металлическим вывозом, Лева Черной окончательно превратился из мелкого жулика в крупную акулу капитализма. Именно в том смысле, который в него вкладывают за рубежами нашего многострадального Отечества. Все юношеские комплексы удовлетворены. Все возможно, все доступно, любая роскошь, любые удовольствия. Семья, трое детей. А Черному все не хватает чего-то. Что-то все его гложет и не дает наслаждаться жизнью. Комплексы юного калеки, которого всегда обижали дети – дети, они жестокие – не позволяют пользоваться роскошью. Лева экономит на всем, даже на детях, все заботы о которых, да и самом Леве всегда оплачивала жена из собственных доходов.
Черному всегда не хватало собственной значимости. И значимости именно в своих собственных глазах.
Ему просто денег было уже мало. Тех, что есть, до слез жалко.
Для того чтобы обойти 20% барьер владения акциями российских предприятий иностранными фирмами, он печет оффшорные фирмы в Монако, Гибралтаре, на Багамах и Кипре, как блины на Масленницу. В свою очередь эти оффшоры регистрируют в России дочерние компании, которых уже насчитывается несколько сотен. И вся эта свора была задействована для скупки акций, что позволило к началу 1995 года стать ему акционером предприятий, производящих более 2 миллионов тонн алюминия в год. Это – Братский (БрАЗ), Красноярский (КрАЗ), Саянский (СаАЗ), Новокузнецкий (НкАЗ) и Надвоицкий (НАЗ) алюминиевые заводы. При скупке акций заводов использовались средства похищенные из бюджета страны при помощи так называемых “чеченских авизо” Следствие по делу о фальшивых авизо выявило, что большинство фирм осуществлявших платежи были поплавками-однодневками и после платежа по договору с ТСС исчезали. Формальные основания для предъявления обвинения главе Trans-CIS при такой схеме отсутствовали. Лева еще в советское время научился не подставляться. Или чекисты, на которых стучал, обучили. Редкое умение использовать пробелы в законодательстве и финансовой системе страны, которая всегда оставляла лазейки для власть имущих, Черной проявил во всю мощь.
С этого момента Лева понял, что ему позволено все. Что Бога, материнскими молитвами которому он остался жить, нет, а есть только Златой Телец, который существует только для того, чтобы Черной его напильником шкрябал.
И пошли по стране странные события. Вроде бы друг с другом не связанные. Вроде бы… Партнер Черного по СП “Колумб” Игорь Белецкий и заместитель председателя Роскомметаллургии Юрий Калетников (курирующий алюминиевую промышленность), согласившись дать показания в деле о “чеченских авизо” погибают один за другим в автомобильных катастрофах. Немного позже насмерть разбивается в машине и Александр Борисов, президент СА “Медико” – одна из фирм проплатчиков контрактов Trams-CIS Commodities.
В апреле 1994 г. в Москве засрелен наемным киллером Отари Квантаришвили – Отарик, с которым Черного знакомил еще Гафур на заре перстройки. Причина: Отарик стал серьезно интересоваться алюмиевым бизнесом. Тяжело терять близких друзей, но Лева это прежил.
В апреле 1995г. убит вице-президент коммерческого банка “Югорский” Вадим Яфясов, в июле на охраняемой даче Правительства РФ “Снегири” зверски зарезан президент этого банка Олег Кантор. Причина: банк “Югорский” столкнувшись с финансовыми проблемами, пытался перейти на финансирование рентабельной алюминиевой отрасли. Яфясов, за несколько дней до гибели, даже занял пост коммерческого директора КрАЗа. А если учесть, что Яфясов долгое время был партнером Черного и располагал информацией о его бизнесе. По мнению следователей, смерть банкиров наступила вследствие их решения дать показания по делу о фальшивых авизо.
В сентябре того же года убит представитель американской компании АIОС Феликс Львов. Эта компания работала с российскими алюминиевыми заводами по изобретенному Черным толлингу, и забрела ненароком в его “огород”. Львов имел неосторожность заявить на слушаниях в Госдуме о необходимости расследовать факты нарушения закона при приватизации алюминиевой промышленности, что непосредственно затрагивало интересы Л.Черного, который тогда проводил захват КрАЗа через Быкова. Львову предложили пост в TWG. Он отказался. И, через некоторое время, был найден убитым.
Координатором некоторых убийств и устрашений был Анатолий Быков (Бык). Компетентные источники утверждают, что на эти цели Лева не пожалел кровных 10 миллионов долларов, часть их которых по чеченским каналам ушла на закупку оружия сепаратистам в Чечне.
Похоже, что все, кто, так или иначе, общающиеся с Черным, пятнаются от него черной меткой. Доказательств, таких, чтобы можно было передать в суд, нет... Но зададимся сакраментальным вопросом римского права: кому выгодно? А выгодно только Черному. Он “обрубал хвосты”.
От сотрудничества с правохранительными органами Черной уклоняется. Старший следователь по особо важным делам МВД РФ С.Глушенков констатировал в марте 1997 г., что “лично допросить г-на Ченого не удалось, хотя попытки связаться с ним предпринимались с 1994г.”
Но что-то вдруг МВД потеряло в Черному всякий интерес. В 1998 году он в Москве, лично и весьма интимно общается с рядом политиков и высокопоставленных бюрократов, живет открыто, ни от кого не прячется, но следователю Глушакову он уже почему-то не интересен. Почему? Тайна сия великая есть.
А на Западе Черного обложили как волка флажками. ФБР США возбудило дело о сокрытии налогов TWG, Во Франции и Германии компании, связанные с TWG немедленно попадают под тотальное наблюдение правоохранительных органов, в Швейцарии против Л,Черного возбуждено уголовное дело, Национальная служба криминальных расследований МВД Великобритании, во взаимодействии с Интерполом проводит расследование в отношении “отмывания” через TWG доходов наркомафии, Л.Черной основной фигурант этого дела. В Казахстане хотят с ним побеседовать по поводу толлинга, который там запретили, а также по поводу отмывки денег наркомафии. В Израиле ему грозит арест за противозаконные операции по скупке земель, планируемых под гражданское строительство. Единственное место на планете, где Черной не нужен правоохранительным органам – Россия.
Готовя Россию как плацдарм для отлежки, с прошлого года Лев Черной ведет в стране массированную PR-компанию по созданию себе имиджа крупного предпринимателя - производственника. Подкупает профсоюзы (секретарь ФПСР А. Исаев поддержал его публично через прессу), взял на содержание Р.Абрамовича и Б.Березовского. Через последнего активно скупает СМИ (ТВ-6, “Коммерсантъ” и др.) Березовский понимает. Что не совсем прилично водить хороводы с оффшорным израильтянином – могут и нехорошее подумать – вот и запасся депутатской неприкосновенностью.
Черной полностью взял на содержание партию “Кедр”, которая после разоблачения сама сошла с предвыборной гонки. Вернее, ее снял №2 в партийном списке – режиссер Иван Охлобыстин. Порядочный человек оказался.
За последний год Черной заявлял, что встречался с Зюгановым. Венгеровским, Жириновским (у которого выторговал второе место в списке для Быкова), Рыжковым-младшим, Веселкиным, Петренко, Колесниченко, Кургиняном, Исаевым, Липицким, Подберезкиным, Березовским, Дзасоховым, Коковым, Наздратенко, Росселем, Яковлевым, Симоновым, Платовым, Аминовым, Митиным, Евсюковым, генералом Николаевым (которому предлагал финансовую помощь). Я далек от того, чтобы обвинить всех этих людей в недальновидности: конечно, с Левой они не встречались, но ведь даже разговаривать с ним по телефону и то опасно для репутации… Ведь скорее всего, Лева, как это уже бывало не раз, решил сыграть с ними “в темную” в финансово-политический покер: поматросить и бросить. В чем в чем, а в этом виде спорта он равных себе не знает…
И в то же время он активно “рубит хвосты”, которые его могут скомпрометировать: Япончик на американских нарах, Быков – на венгерских. И это только верхушка айсберга.
Родные братья давно бояться иметь с ним общие дела, а жена при разводе, по сообщениям западной печати, даже заказывала, с перепугу, его устранение за 400 тысяч долларов. Черной долго не давал ей развода, так как экономя собственные средства жил на деньги от ее бизнеса. Сам Черной утверждает, что он ест “то же что и все”, а костюм у него один, так как ему “не нужны пятнадцать костюмов или десять машин. Ему не интересен шикарный отдых”. Это очень напоминает жалобы Паниковского Бендеру, когда тот, находясь в ванной жалуется, что он год не был в бане и что его девушки не любят. Вообще-то в советской истории был такой руководитель всей промышленности, который с 17 года до смерти ходил в одной и той же заплатанной гимнастерке – Железный Феликс, “делать жизнь с кого” Лева учил еще в школе.
Ведь тут все вокруг вопят, что Лева Черной очень богатый человек. Что Лева Черной выдающийся предприниматель-производственник. И Лева тоже раздувает щеки, как отец русской демократии и лицо приближенное к императору. А в чем его богатство? Домов нет. Заводов нет. Пароходов нет. Машина одна. Костюм один. Есть у него акции десятка оффшорных фирм на забугорных островах и что? Какой он российский бизнесмен, если в России ему ничего не принадлежит, кроме толлинга? Он хвалится своим российско-израильским гражданством, а гражданин ли он? Гражданство предусматривает резидентность, то есть уплату налогов своему Отечеству. А Черной налогов не платит ни России, ни Израилю. Он вообще нигде налогов не платит. Он бедный альфонс на содержании бывшей жены.
Всю жизнь сторонящийся журналистов, Черной теперь сам активно выступает в прессе с идеями “государственного капитализма и солидарности предпринимателей” В ноябре сего года в “Независимой газете” опубликовал статью, которую общественность тут же окрестила “Манифестом криминального капитала”. В ней Черной активно проговаривается о своем стремлении к высшей власти. О превращении государства в единую фирму, с полным подчинением ей всех силовых структур страны. И самым главным там, естественно, подразумевается он. Не зря же любимый герой у него Наполеон Буонапартий. Так хочется из грязи в князи, что терпежу уже нет.
Лев Черной оказался на удивление банальным. Он закончил тем, чем заканчивают все неглупые, но впечатлительные и ущербные подростки – стремлением переделать мир по своему вкусу. Лев Черной возмечтал стать Львом Троцким, хотя по малограмотности биографию последнего не читал… В отличие от лентяя Лейбы, выросшего в холе, богатстве и всеобщей любви, Черной свои миллиарды заработал тяжким трудом и потом, это только с виду кажется, что жизнь жулика легка и беззаботна. Денежки чужие не достаются без труда. И для облегчения этого процесса Лева строит черную дыру в одном отдельно взятом государстве. Пепел Маркса стучит в его сердце.
Дмитрий Карасев.